Розарио всегда считала, что её жизнь складывается удачно. Работа в большом городе, друзья, постоянное движение — всё это держало её подальше от маленького дома на окраине, где прошло детство. Но когда пришло известие о смерти бабушки, пришлось вернуться. Билет на самолёт, несколько дней сборов, и вот она уже стоит на пороге старого дома с облупившейся краской на стенах.
Похороны прошли скромно и быстро. А потом начались проблемы. В городе случился сильный катаклизм: дороги размыло, линии электропередач упали, мосты закрыли. Скорая, которая должна была забрать тело, просто не могла доехать. Пришлось ждать. Врач по телефону сказал, что, возможно, завтра утром, а может, и послезавтра. Розарио осталась одна с бабушкиным телом в гостиной, накрытым белой простынёй. Ночь обещала быть долгой.
Сосед, пожилой дон Мигель, зашёл попрощаться с усопшей и задержался поговорить. Он говорил тихо, почти шёпотом. Сказал, что бабушка очень по ней скучала. Каждую ночь зажигала свечу у иконы и молилась. Долго, истово. Просила за внучку, чтобы та была счастлива и защищена. Розарио слушала рассеянно, кивала, но внутри чувствовала только усталость и лёгкую вину. Она ведь почти не звонила в последние годы.
Когда солнце окончательно село, в доме стало непривычно холодно. Розарио зажгла несколько свечей и включила старый обогреватель, но тепло не шло. Она сидела в кресле напротив гроба, пила чай и пыталась отвлечься телефоном, пока батарея не села. Тишина давила. А потом началось.
Сначала просто скрипнули половицы там, где никто не ходил. Потом где-то в глубине дома послышался шорох, будто кто-то провёл ладонью по стене. Розарио подняла голову. В углу комнаты тень стала гуще, чем должна быть. Она моргнула, думая, что это игра света от свечи. Но тень шевельнулась. Медленно, словно пробуя воздух.
Девушка встала. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно на всю комнату. Она подошла ближе к окну, чтобы убедиться, что никто не стоит снаружи. Пусто. Только дождь хлещет по стеклу. Когда она обернулась, простыня на бабушке чуть сдвинулась. Сама по себе. Розарио замерла. Пальцы похолодели.
Потом начались голоса. Тихие, почти неразборчивые, будто кто-то шептался за закрытой дверью. Они звучали знакомо и одновременно чуждо. Один из них был похож на бабушкин. Тот же тембр, те же интонации. Но слова были неправильные. Слишком ласковые, слишком настойчивые. Розарио почувствовала, как по спине побежали мурашки. Она вспомнила слова дона Мигеля. Каждую ночь молилась. За неё.
В какой-то момент свеча у иконы вспыхнула ярче и тут же погасла. Комната погрузилась в полумрак. А потом из темноты проступило что-то. Не человек. Не совсем тень. Оно двигалось рывками, как сломанная кукла, и смотрело прямо на неё. Розарио попятилась, пока спина не упёрлась в стену. Голоса стали громче. Теперь они звучали внутри головы.
Она вдруг поняла страшную вещь. Бабушка не просто молилась за внучку. Она молилась кому-то. Призывала. Отдавала что-то взамен. И теперь это нечто пришло за обещанным. За ней.
Розарио бросилась к двери, но та не открывалась. Окна тоже. Дом словно запер её внутри. Свечи одна за другой гасли. Холод пробирал до костей. А существо приближалось. Оно знало её имя. Произносило его медленно, с удовольствием.
Ночь только начиналась.
Читать далее...
Всего отзывов
0